Массовое убийство людей в Сан-Бернардино разделило западное общество на два лагеря. В одном оказались противники слежки и раскрытия персональных данных, во втором – сторонники максимального содействия спецслужбам. «Яблоко раздора» – iPhone одного из террористов, в котором ФБР через скандалы и судебные тяжбы пытается найти важные данные. Оказалось, что силовиков поддерживает значительная часть общества, и многие жители разных стран готовы обменять информационную свободу на личную безопасность. В издании Digital.Report решили выяснить у российских экспертов, будет ли это достойным обменом.

Apple против ФБР: на чьей стороне российские эксперты:	Фото - 3

Генеральный директор Группы компаний InfoWatch Наталья Касперская:

Должна ли существовать законная возможность для государства получать доступ к личным данным на смартфонах, компьютерах граждан? Поскольку мы точно знаем, что есть некое государство, которое имеет этот доступ и без желания наших граждан, и без желания нашего государства, то вероятно, логично было бы, чтобы и наше государство тоже имело такую возможность, например, с благой целью борьбы с терроризмом, а не только это одно иностранное государство

Как только вы покупаете смартфон (выходите в интернет, заводите себе аккаунт в соцсети, Инстаграмме, мессенджере, делаете поисковый запрос и пр.), то любое ваше действие автоматически:

а) отслеживается этой сетью, мессенджером, поисковиком и пр,
б) записывается на вечное хранение,
в) становится достоянием спецслужб некоего иностранного государства.

Никакого права на приватность у лица, пользующегося современными технологиями коммуникаций, нет. Это как записано в лицензионных соглашениях программных продуктов, так и не записано, но делается по факту. Поэтому ни о какой приватности речь вообще не идет. Вопрос надо ставить так – надо ли разгласить свои действия в сети еще и своим собственным спецслужбам? На самом деле, если спецслужбы хотят получить информацию о каком-то лице, они ее, конечно, получат, в том числе, путем получения доступа к электронным коммуникациям. Поэтому честным гражданам терять тут, в целом, нечего. А про нечестных все понятно – их надо ловить.

Я, кстати, как-то разговаривала с одним бывшим сыщиком. Он сказал, что раскрываемость преступлений по угону автомобилей в последнее время выросла за счет электронных коммуникаций – результатов просмотров видеокамер, анализа трафика и пр. Так что вполне есть шанс победить какой-то вид преступлений – например, терроризм – с помощью систем мониторинга или простого мониторинга устройств.

Apple против ФБР: на чьей стороне российские эксперты:	Фото - 3
Кирилл Брагин, руководитель агентства интернет-технологий GoodSellUs:

У государства есть законная возможность получить доступ к вашим личным данным и переписке. По решению суда у вас могут изъять личный компьютер или телефон и получить к нему доступ. То же самое касается и отслеживания нахождения с помощью мобильного устройства и других «страшных штук», о которых просто не думают или не знают. То есть вопрос «может ли?» уже не стоит.
Государство всегда вмешивается в личную жизнь каждого гражданина, хочет он того или нет, и всегда ограничивает свободу граждан в целях безопасности граждан и целостности государства. Этим же целям служат и цензура с пропагандой — созданию единого общественного мнения, которое поможет пережить кризисы, теракты и прочие сложные времена.

Жертв террористических актов меньше, чем пострадавших от аварий или бытовых убийств, но жертвами террора — ужаса — становятся все. Страх проникает во все слои общества, и вот уже страшно пользоваться метро, а завтра выходить на улицу.

Оправдывает ли отсутствие страха нарушение гражданских свобод? Думаю, да. Будет ли еще государство предпринимать подобные шаги? Определенно.

Николай Калмыков, директор Экспертно-аналитического центра, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (РАНХиГС)

Всегда важен разумный баланс. Говоря о том, что службы безопасности не должны иметь доступ к персональным данным потенциальных правонарушителей многие почему-то исходят из такой позиции, что якобы никто вовсе не имеет реального доступа к этим данным. А как же сами компании, на чьих серверах работают данные сервисы? Что за иллюзия о том, что они не могут просматривать или даже использовать эту информацию в своей конкурентной борьбе, в конкурентной разведке? А если говорить о ситуации в разных странах — мы знаем не только пару показных прецедентов об отказе дать данные службам безопасности, но примеры ситуаций, когда данные передавались властям, в том числе в таких странах как США.

Опять же, что такое приватность при общении на публичных ресурсах? Насколько оно приватно?
В любом случае, гражданин должен быть, как минимум, предупрежден, что его переписка и данные могут оказаться где-либо по запросу служб безопасности — это первый обязательный шаг. Что же касается решений о том, давать или нет подобный доступ — нужно исходить из реалий, а они таковы, что эта практика существует. Вместе с этим, необходимо максимально четко регламентировать подобные запросы и обеспечить максимальную защиту как самих граждан от злоупотребления, так и данных, которые могут быть получены в соответствии с подобными запросами.

Apple против ФБР: на чьей стороне российские эксперты:	Фото - 3

Михаил Салкин, руководитель Московского правозащитного центра

Такой возможности быть не должно. Принимая во внимание высокий уровень коррупции в правоохранительных органах, доступ к такой информации и сама информация сразу станут интересом при коммерческих и рейдерских захватах, может использоваться во вред гражданам.

Более того, недопустимо без решения суда просматривать переписку граждан. Именно мессенджеры являются основным объектом интереса правоохранительных органов и спецслужб.
Скрупулезные процедуры досмотра в аэропортах по правилам безопасности авиаперевозок понятный пример такого ограничения

Владимир Лебедев, директор по развитию бизнеса Stack Group

На мой взгляд, должен быть достигнут баланс между конституционными правами гражданина и правом на проведение оперативных мероприятий с целью пресечения противоправной деятельности. В современном мире постоянного доступа к информации и средствам коммуникаций, доступных сейчас практически всем гражданам, кто имеет выход в сеть Интернет, должны быть механизмы, позволяющие пресекать распространение информации противоправного характера. Однако применение механизмов тотального контроля за личными данными должно адекватно сопоставляться с реальной возможностью пресечь противоправные действия.

Скрупулезные процедуры досмотра в аэропортах по правилам безопасности авиаперевозок понятный пример такого ограничения, однако тотальный законный доступ к личным данным, переписке — это уже нарушение права на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны. Адекватны ли такие меры безопасности реальному эффекту от получения такого доступа? На мой взгляд, в частных случаях, в ходе проведения расследования в рамках конкретного дела — безусловно, тотально — нет.